Сейчас в Казахстане более 4600 человек находятся между жизнью и смертью в ожидании донорских органов. 119 из них – дети. Однако, в нашем обществе по-прежнему много страхов и мифов, связанных с посмертным донорством. Кто-то боится на это идти из-за религии, кто-то не доверяет врачам. 28-летняя Аделаида Ауеспекова официально оформила согласие на посмертное донорство через портал eGov. Tamga Media поговорила с ней и узнала, что стоит за этим решением, как отреагировали родственники, и как она справилась со страхом, что «органы продадут на черном рынке».
Клиническая смерть близкого человека
Решение Аделаиды стать донором связано с трагическим событием, которое произошло в ее семье 10 лет назад. Тогда она была подростком. За день до выпускного вечера ее отчим попал в тяжелую автомобильную аварию на трассе Каркаралы.
Аделаида вместе с матерью ночью преодолела 300 километров до больницы, где им и сообщили трагическую новость – у него клиническая смерть. Однако врачи из Караганды, прилетевшие санитарной авиацией, сказали, что, несмотря на остановку сердца, еще есть шанс провести операцию и попытаться вернуть его к жизни. Хотя родственники говорили: «Не будем его мучить», по просьбе матери, врачи продолжили борьбу и вывели мужчину из состояния клинической смерти. Но после – еще почти полгода – он находился в коме.
«Я до сих пор помню тяжелую атмосферу у дверей реанимации той ночью. Именно тогда я впервые в жизни почувствовала полную беспомощность. Очень трудно осознавать, что можешь потерять близкого человека, и что все находится только в руках врачей. Даже сейчас, рассказывая об этом, я не могу сдержать слез», – вспоминает Аделаида.
Момент, когда она зашла в eGov и дала согласие
Мифы из сериалов и социальных сетей вроде «человека похищают и продают его органы» или «если врачи узнают, что ты донор, они специально не будут лечить и ускорят твою смерть» вызывали у нее сомнения. Открыв портал eGov, она некоторое время колебалась. Но все же решилась и подписала согласие на изъятие органов после смерти.
«Когда в 2020 году я узнала, что через eGov можно оформить согласие на донорство, перед глазами сразу всплыла та сцена в больнице, я вспомнила беспомощность, которую испытывала возле реанимации, где лежал мой отчим. Если однажды после моей смерти в больнице окажется девушка моего возраста или семья, ожидающая спасения близкого человека, я хочу, чтобы мои органы подарили им надежду», – говорит Аделаида.
Она не скрывает, что в первые дни после оформления согласия ее охватывал страх: выходя на улицу, она думала, не собьет ли ее машина, а при посещении больницы боялась, что ее могут убить ради органов. Она даже стала внимательнее относиться к своему питанию, чтобы сохранить органы здоровыми. Но через некоторое время страхи прошли.
«Прошло уже шесть лет. Я много раз была в больницах, встречалась с врачами. Никто на мои органы не покушался. Если рассуждать логически, для пересадки органа необходима практически идеальная медицинская совместимость. Я не верю, что именно мои органы обязательно подойдут какому-нибудь богатому человеку. К тому же, если читать криминальные новости, чаще видишь случаи, когда люди сами пытаются продать свою почку из-за финансовых трудностей и попадаются, чем истории о похищениях ради органов».
«Никто не хочет говорить о смерти»
По законодательству Казахстана, даже если человек при жизни дал согласие на донорство органов, после его смерти родственники могут выступить против, и тогда врачи не смогут провести трансплантацию. Аделаида сразу опубликовала полученный через eGov документ в своих социальных сетях и специально не скрывала своего решения. Она понимает, что в тяжелый момент родственники могут поддаться эмоциям или надеяться на чудо и не дать разрешение на трансплантацию. Но уверена, что в итоге отнесутся к ее выбору с уважением.
«Я несколько раз говорила родным о своем решении. Не могу сказать, что они категорически против – они просто стараются обходить эту тему стороной и переводят разговор. В нашем менталитете разговоры о смерти заранее воспринимаются, будто можно "накликать беду". Но когда придет время, я объясню им, что моя миссия в этой жизни – дарить жизнь другим. В нашей семье принято уважать друг друга, поэтому я верю, что они в уважением отнесутся и к моему решению», – говорит она.
«Жизнь живого человека важнее жизни умершего»
Одним из самых серьезных препятствий в обществе остаются религиозные убеждения. Многие считают, что религия запрещает расчленение тела. Аделаида изучила и этот вопрос, ознакомившись с официальной фетвой Духовного управления мусульман Казахстана.
Согласно шариату, человек является самым почитаемым созданием. Аят из Корана «Кто спасет одного человека, тот словно спас все человечество» (сура «Аль-Маида») считается главным религиозным основанием трансплантологии. Согласно официальному разъяснению муфтията, посмертное донорство разрешено, но при соблюдении строгих условий:
Смерть человека должна быть достоверно подтверждена с биологической точки зрения. Клинической смерти или только смерти мозга недостаточно – сердце должно полностью остановиться, а душа покинуть тело. Это обязана подтвердить независимая комиссия минимум из трех квалифицированных врачей.
Человек должен при жизни, находясь в здравом уме, добровольно дать согласие (завещание).
Продажа органов и превращение донорства в бизнес строго запрещены. Донорство допускается только на безвозмездной благотворительной основе. Также категорически запрещена трансплантация органов, участвующих в продолжении рода (половых органов).
«В разъяснении муфтията говорится, что жизнь живого человека важнее жизни умершего. Потому что умерший уже завершил свой жизненный путь, а пациента в больнице еще можно спасти. Поэтому мнение о том, что "религия против", ошибочно».
Более 4600 человек нуждаются в донорских органах
По данным Министерства здравоохранения, сейчас в стране более 4600 человек нуждаются в донорских органах. Большинство из них – 4102 пациента – ждут почку, 267 человек – печень, 198 – сердце, а 33 человека ожидают легкие. Этот список не сокращается, а растет с каждым годом. В 2023 году в нем было около 3900 человек. Только за 2025 год, не дождавшись донорского органа, умерли 342 человека.
За первый квартал этого года по стране было проведено 77 операций. Из них 55 выполнены с участием живых доноров – когда родственники жертвовали свою почку или часть печени, а еще 22 органа были получены от умерших доноров.
По состоянию на апрель 2026 года, через портал eGov более 156 тысяч казахстанцев приняли решение относительно посмертного донорства. Из них 140 800 человек категорически отказались передавать свои органы, и только 15 100 человек, как и Аделаида, дали согласие стать донорами после смерти.
«Пока это не коснется лично тебя, пока твой близкий человек не окажется в реанимации в ожидании жизненно необходимого органа, трудно понять ценность этого решения. Но это слишком жестокий способ осознания, и я никому не желаю пережить такое. Это личный выбор каждого. Но когда однажды я уйду из жизни, хочу подарить шанс на жизнь хотя бы одному человеку из этих четырех тысяч. Возможно, мой рассказ заставит кого-то задуматься…»
